Зал костей - Тим Харди Страница 102

Большой зал постепенно пустел, мужчины поднимали с пола напившихся до бесчувствия друзей и уводили отсыпаться. Бандор с матерью и отцом тоже ушли, а слуги начали убирать остатки пиршества, но Десты среди них не было. Отправившись на поиски, я нашел девушку в ее покоях.

— Может, тебе тоже стоит лечь спать? – предложила Деста.

— Я надеялся, что лягу с тобой. Ты ведь ради этого оставила свои дела сегодня вечером?

Деста рассмеялась.

— Я обожгла руку о котел на кухне, – объяснила она, закатывая рукав платья, чтобы показать блестящий красный рубец на запястье. – Вот стряпуха и разрешила мне отдохнуть, а вовсе не то, что ты думаешь.

— Прошу тебя, – настаивал я. – Не хочу, чтобы между нами осталась недосказанность, как сегодня утром. Я говорил от всего сердца.

— Знаю. Именно поэтому мне не следует тебя впускать.

И все же Деста открыла мне дверь.

* * *

В крепости стояла тишина, когда глубокой ночью я возвращался в Большой зал, шагая по коридорам куда более уверенным шагом. Мимо меня пробежала Оттама, как всегда опустив голову, и я подумал, что жизни слуг не позавидуешь. Сигурд помыкал бедной девушкой от рассвета до заката. Деста не заслуживала такой жизни. Я укрепился в своем решении отыскать брата и поговорить с ним, пока он пребывает в хорошем настроении после свадебного празднества. Йорик уже заключил союз с кланом Норлхаст и укрепил связь с домами Каламара и Ромсдаля, почему бы ему не пощадить своего младшего брата? Кальв женился на той, которую любил с детства, значит, и мне можно.

— Еще держишься на ногах, Ротгар? – спросил Джури, подходя ко мне. Он был в кольчуге и держал руку на рукояти меча. Рослый стражник не пил вместе с другими: в день свадьбы ему, невезучему Хаарлу и еще нескольким воинам выпал жребий нести караульную службу. – Брунн Четыре Ветра поспорил, что мы найдем тебя свернувшимся калачиком у очага в Большом зале.

— Тогда, похоже, Брунн проиграл. Будешь трезвым свидетелем.

— Ага, – уныло ответил Джури. – Хаарл считает, что Ольфрид смухлевал с жеребьевкой. Ох и ярился же Хаарл, когда вытянул короткую соломину, никогда его таким злым не видел! Правда, недолго я смеялся, мне тоже не свезло.

Я похлопал Джури по плечу, и он продолжил обход. Когда я вернулся в Большой зал, там было почти пусто. Кольфинн-младший еще носился вокруг, в шутку сражаясь с Ольфридом у очага. Карас и Нуна давно удалились в свои покои, чтобы начать семейную жизнь, а Йорик с кружкой эля в руке сидел на возвышении, развалившись на троне Рива. Заметив меня, брат удивленно поднял бровь. Впрочем, если он и задался вопросом, где я был, то предпочел не спрашивать. Риша сидела в кресле поменьше и дремала, прильнув к мужу. Финнвид стоял рядом, скрестив руки на груди, и наблюдал за происходящим спокойными серыми глазами.

Ольфрид отпустил Кольфинна и повернулся, глядя на ярла.

— Право слово, Финнвид, тебе не помешает слегка расслабиться. Это ведь свадебный пир, а не поминки. Не припомню, чтобы я видел в твоей чаше что-нибудь крепче воды.

— Мой отец любил выпивку, она-то и свела его в могилу раньше времени, – твердо ответил Финнвид. – Я не собираюсь идти по его стопам, Полурукий.

— Ну да, я знаю. Прости, Финнвид, не хотел тебя обидеть. Я только хотел сказать, что иногда можно чуточку повеселиться, вот и все. – Ольфрид широко улыбнулся. – Уж кому-кому, а не мне учить умеренности в выпивке…