Крест княгини Тенишевой - Людмила Горелик Страница 88

За обедом поначалу просто делились новостями. Рерих закончил свой начатый еще в гостиной рассказ об Индии, о своих новых идеях, об увлечении индийской философией. Слушали его очень внимательно, готовы были слушать и дальше, Однако он остановил рассказ, обратившись к имениннице, — спросил Марию Клавдиевну о новых эмалях.

В свое время, вскоре после переезда Тенишевой во Францию, Рерих, который проживал в то время в США, помог ей наладить связь с модными магазинами в Америке. Княгиня стала изготовливать мелкие художественные вещи на заказ — ножи для разрезания страниц, пуговицы, пряжки, рамки… Это было существенное материальное подспорье. После эмиграции средства княгини значительно уменьшились и стали необходимы дополнительные поступления. Творчество Тенишевой знали в местных музеях и художественных обществах, ее работы охотно покупали.

— В общем, дела идут неплохо. У меня даже появились две ученицы! — заключила княгиня свой рассказ. — Теперь ты, Вяча. — обратилась она к пасынку. — Все ли благополучно с работой? Ты в той же фирме?

— Да, конечно. В фирме ко мне прекрасно относятся, зачем же искать другое место… А какой концерт я слушал позавчера!

Вячеслав Тенишев, как и отец, обожал музыку. Он был завсегдатаем театров и большим ценителем классики. Билеты брал всегда на галерку. Сейчас он восторженно поделился впечатлениями от концертов.

Вера рассказала о своих выступлениях в качестве музыкального лектора. Она недавно вернулась из Англии, где читала цикл лекций о русских музыкантах. Интересующихся русской музыкой там было много, и не только русские эмигранты.

— Да, вы знаете, кого я там встретила?! — вдруг воскликнула Вера — Вот это будет интересно, особенно Мери, это нужно непременно рассказать!

— Кого-то из общих знакомых? — спросила Тенишева без удивления.

— О да! Вы должны ее помнить! Мы приезжали в Талашкино с ней не раз. Помните ли вы мисс Роджерсон?

Мария Клавдиевна подняла брови.

— Мисс Роджерсон? Припоминаю… Она фотографии всегда проявляла.

— Эта англичанка была когда-то гувернанткой Надин и осталась у Рябушинских служить! — воскликнула Киту и прикусила язык: про свояченицу Веры Сергеевны, Надежду Павловну, упоминать не следовало. Надя Рябушинская уезжать из России отказалась, она получила профессию врача, была увлечена работой, считала себя нужной… Несколько лет они с Верой переписывались, но потом переписка прервалась. Дошли слухи, что Надя арестована и находится на Соловках, но слухи могут быть и ложными…

— Кстати, Вера, нет ли известий о Наденьке? — спросила Тенишева.

Вера покачала головой.

— К сожалению, нового ничего не узнала. Но я надеюсь, Бога молю за нее. Она ведь врач, а врачи везде нужны, работает, надеюсь, там в лазарете. — Вера замолкла, но быстро справилась с собой.

— О чем я говорила? Мисс Роджерсон… Представляете, я ее встретила в Англии!

— Ну и как же мисс Роджерсон поживает у себя в Англии? — спросила Киту. — Она ведь, помнится, еще до войны уехала из России?

— До войны, в 1910-м, кажется, году. Мы ей не отказывали, захотела сама уйти. Ну, мы новую англичанку нашли, не в этом дело…

— А почему она ушла от вас? Ведь вы ей, наверно, неплохо платили? И относились к ней, помнится, хорошо… — поинтересовалась Тенишева.

— Да, неплохо. Она жила на всем готовом плюс получала приличное жалованье. Она говорила, что хочет собрать денег на покупку дома в Англии. Когда увольнялась, сказала, что соскучилась по родине, что ей теперь хватит на маленький домик в Йоркшире.