Приезжайте: у нас смертельно опасно - Ольга Авдеенко Страница 83

— Бумагу на этот раз взяли в гостинице, – сказал Найт. – Почерк, похоже, один и тот же. Хотя и явно искаженный.

— Определенно тот же самый, – согласился сэр Уильям. – Тот же наклон влево, примерно тот же размер и форма букв. Обратите внимание на заглавные «Т» в слове «Ты»: волнообразные перекладины весьма характерны.

— А также хвостики в букве «б» и петли в букве «у» в слове «будешь»… Как сказал мальчик, записку могли подбросить только вчера вечером.

— А именно: с момента, когда мистер Барнетт появился в холле гостиницы, и до того, как он поднялся в свою комнату.

— Благодарю за уточнение, сэр. Прошу всех вспомнить: кто находился тогда в холле?

Хозяин и постояльцы переглянулись и почти хором ответили:

— Мы все.

— А где в это время находился ваш саквояж, мистер Барнетт?

— Я… Я не помню, – мужчина беспомощно развел руками.

— Возле конторки, – пискнул коридорный.

— Говори, говори, – подбодрил его Найт.

— Когда мистер Барнетт приехал, он поставил свой саквояж у конторки, – осмелев, затарахтел мальчишка, – а его самого отвели сюда и усадили. А саквояж так и остался у конторки. Я это точно помню, потому что когда мистер Уолтон велел мне отнести его в комнату, я его оттуда и взял.

— А на конторке всегда лежит стопка бумаги, а также имеются карандаши и перьевые ручки, – сказал хозяин.

— Мне не нравится, к чему вы клоните, инспектор, – высокомерно заявила леди Кларк. – Вы намекаете, что эту пакость написал и подбросил кто-то из нас?!

— Я пытаюсь понять, у кого была возможность это сделать, миледи.

— Тогда позвольте довести до вашего сведения: прошлым вечером здесь находился еще и Адам Таннер!

— Верно, – заговорили все, – мы про него забыли!

— Сначала он был вместе со всеми. Но позже исчез!

— Точно, – добавил сержант Бейли. – Когда я пришел, его уже не было.

— Таннер мог незаметно отойти, написать записку и подложить ее в саквояж, пока мы хлопотали вокруг мистера Барнетта, – победно заключила дама.

— Несомненно, вы правы, миледи, – задумчиво произнес Найт.

— Боже! Снова Таннер! – простонал Оливер Барнетт.

— Если вы беспокоитесь, что вам угрожают, – обратился к нему инспектор, – мы можем обеспечить…

— Благодарю, уже не беспокоюсь, – перебил его мужчина с мрачной иронией. – Как я понимаю, убийца скоро предстанет перед судом?

— Непременно, – заверил его Найт.

— Что ж, раз правосудие восторжествовало, – сказала леди Кларк, вставая, – мы теперь можем спокойно заниматься своими делами. Мы с Реджи не хотим пропускать утреннюю прогулку.

Сэр Уильям хотел возразить, что правосудие может восторжествовать только в суде, но передумал, не желая вступать в дискуссию со вздорной дамой.

Леди Кларк отбыла на улицу. Уолтон предложил подать чай и, после того как все отказались, занял место за своей конторкой, позвав с собой мальчишку-коридорного. Найт и Бейли стали о чем-то тихо переговариваться. Оливер Барнетт замер с отсутствующим видом, глядя куда-то в пространство. Патрисия взяла со стола первую записку, поднесла поближе к глазам, перевернула обратной стороной…

— Вы заметили что-то новое, мисс Кроуфорд? – тут же поинтересовался инспектор.

— Да… Писали с таким сильным нажимом, что даже кончик грифеля сломался. Смотрите: после слова «мной» линия стала неоднородной – это потому, что писали обломком.