Убийство цвета «кардинал» - Людмила Киндерская Страница 83

Подойдя к зданию, Полина украдкой обернулась и прильнула к окну. Катя сидела к ней лицом, даже на расстоянии было видно, как она расстроена. Мужчина находился к Полине спиной, слушал свою спутницу, склонив голову набок. Что-то в его спине, в наклоне головы показалось Полине знакомым, и от этого тревожно заныло сердце, будто вот-вот случится что-то непоправимое.

Скинув в гардеробе кардиган, она зашла в полутемный зал. Прошла за спиной Катерины, стараясь не глазеть на интересующий ее объект, и села за соседний столик. Силиверстова ожидала увидеть кучу народа, пластиковые подносы и одноразовую посуду. Но она ошиблась. Пиццу здесь не разогревали, а готовили, подавали на больших тарелках, украшали базиликом и майораном. На столиках лежали льняные скатерти, стояли вазочки с искусственными оливковыми веточками, ииграла прелестная итальянская музыка.

— Да даст она мне денег, вот увидишь! Нужно только быть чуть поубедительней, — донесся до Полины гнусавый Катькин голос.

Точно плакала.

— Ты уж, будь добра, поторопись, а то дела не ждут. Я вот одного не понимаю: у твоей сестры ведь есть деньги. Есть же! — Катеринин собеседник хлопнул ладонью по столу. — Так почему же она не может дать этот гребаный лимон?! Я бы начал дело, а уж после развернулся бы. Но без начального капитала никак. Твоя сестра должна понимать, что мы не сможем с тобой быть вместе, пока не имеем ни кола ни двора.

— Ну почему не имеем? Квартира у меня есть. И потом, я работаю и Таня мне деньги каждый месяц присылает. Как-нибудь проживем, — умоляюще говорила Катерина.

Она, молодая, красивая, с ногами «от ушей», уговаривала любовника жить на ее деньги.

— Вот именно, что «как-нибудь проживем»! А я не хочу «как-нибудь»! Я уже жил «как-нибудь». Я достоин лучшей жизни, чем та, что у меня сегодня.

Полина сидела ни жива ни мертва. Уши заложило, словно ватой, перед глазами плыл туман, руки потеряли чувствительность. Она поняла: если сейчас не снимет стресс, то просто умрет на месте.

Сколько взять: пятьдесят или сто грамм? Нет, пятьдесят — ни о чем.

— Будьте добры, — позвала она проходившего мимо официанта, — сто коньяка, кофе и лимон. И сразу счет, пожалуйста.

— Айн момент, — весело крикнул гарсон.

Он быстро вернулся с заказом, поставил его перед Полиной и положил на блюдце счет, уточнил, не желает ли она перекусить, и растворился.

Силиверстова краем глаза глянула, сколько она должна за «банкет», и чуть не крякнула от возмущения. На такие деньги можно неделю прожить! Она положила деньги на блюд- це, скрепя сердце добавила чаевые, зажмурилась и залпом выпила почти полпорции коньяку. Сморщилась, затрясла головой, промокнула салфеткой выступившие на глазах слезы и жадно припала к кофе. Отдышалась, снова взяла бокал, некоторое время смотрела в него враз осоловевшим взглядом и опрокинула остатки в рот. Потом забросала туда же по очереди дольки лимона и только тогда почувствовала, что ее начало отпускать.

Немножко посидела, ожидая, когда спиртное продолжит свое волшебное действие: тепло из желудка разлилось по всему организму, приятно зашумело в голове, тело сделалось необычайно легким.Выждав еще пару минут, она повернулась на стуле и произнесла, обращаясь к возлюбленному Катерины:

— Ну здравствуй, Володя.