Люди за спиной. Том 1 - Александра Маринина Страница 81

* * *

В девять утра Настя и Тим уже ехали в арендованной машине в библиотеку, где работала одноклассница искомой Людмилы. Тимур сел за руль, а Настя наблюдала, как он ведет машину, и прикидывала, может ли полностью доверять своему временному водителю. Вроде бы едет аккуратно, осторожно, не слишком быстро, и это правильно, когда впервые едешь по незнакомому городу.

Марина Николаевна Волосюк работала в областной научной библиотеке, руководила отделом формирования и обработки фондов, жила совсем рядом с местом работы, в пяти минутах ходьбы.

Начать решили с домашнего адреса, но на звонок по домофону никто не откликнулся.

— Значит, библиотека, – сказала Настя.

— Мне с вами идти?

— Зачем? Погуляй, осмотрись. Вдруг что-то интересное увидишь.

В библиотеке Марину сразу же нашли. Она долго не могла понять, кто и зачем к ней явился и почему она должна рассказывать о давней встрече одноклассников по случаю двадцатилетия окончания школы.

— У меня очень много работы, – с раздражением повторяла она. – Давайте перенесем разговор, у меня голова занята совершенно другим, я не могу переключиться, мне нужно держать в памяти массу деталей…

— Две минуты, – мягко попросила Настя. – Всего две минуты. Я покажу вам фотографию, вы назовете имя, больше ничего не нужно.

— Ну ладно, давайте, – сердито бросила Марина Николаевна.

Настя протянула ей распечатанный снимок, кончиком карандаша указала на лицо женщины, похожей на Людмилу.

— Кто это?

— Это? Галка Сташевская. Ну все? Я могу вернуться к работе?

— Еще минутку, пожалуйста.

Настя показала другую фотографию, сделанную в театре.

— Взгляните, это она? Галина Сташевская?

Марина Николаевна не колебалась ни секунды.

— Она, она. Постарела немножко, конечно.

Потом всмотрелась, слегка прищурившись.

— А где это она? В ресторане, что ли?

— В театре.

— В театре? – Нарисованные брови круто взлетели выше модной оправы очков. – Галка – в театре? Не смешите!

— Уверяю вас, именно в театре. В Москве. А что вас так удивило?

— В Москве?! – еще больше изумилась Марина. – Ну Галка дает! Она всю жизнь была жуткой домоседкой, даже на встречу одноклассников ее не вытащить было, за все годы только один раз и пришла, вот тогда, на двадцатилетие, а мы, между прочим, каждый год собираемся в первую субботу ноября. А тут – Москва, театр… Совсем на нее не похоже, она тихая такая, не выносила шумных сборищ, вообще не любила быть в толпе. Неужели она так изменилась?

— Вы давно с ней общались?

Марина Николаевна задумалась.

— Надо посчитать. Двадцатилетие мы отмечали в пятнадцатом году, Галка приходила, в шестнадцатом я ей звонила, приглашала – она не пришла, потом еще раз приглашала, значит, это был семнадцатый год. А в следующий раз номер уже не обслуживался, помнится, я решила, что она телефон поменяла. Вот с тех пор больше я с ней не созванивалась.

Внезапно выражение лица Марины Николаевны изменилось, она присела за стол, прижала пальцы к вискам.

— Простите… До меня только сейчас дошло, что у вас серьезная проблема, иначе вы не поехали бы в такую даль. И вопросы эти про Галку… Простите, я действительно с трудом перестраиваюсь, когда работаю, мне всегда кажется, что нет ничего важнее моих фондов… то есть наших фондов…

— Ничего, я все понимаю, – негромко произнесла Настя, проникнувшаяся симпатией к этой женщине.