Башня Авалона - Майк Омер,К. Н. Кроуфорд Страница 67

В груди скребется страх.

Еще одна перекладина. И еще. Наконец я добираюсь до крыши вагона и цепляюсь за металлические поручни, чтобы не упасть. Подо мной по рельсам грохочет поезд, быстро набирая скорость. Я отчаянно ищу способ проникнуть в вагон. Выхода нет: крыша закрыта наглухо. Но тут я замечаю люк.

К сожалению, он на крыше следующего вагона.

Я крепче вцепляюсь в поручни. Поезд мчится через какую-то темную деревушку.

С колотящимся сердцем, распластавшись, я ползу по гладкой крыше. Потом встаю на четвереньки и продвигаюсь вперед, хватаясь за любые доступные опоры: металлические скобы, которые попадаются под руку, помогают не свалиться.

Я не успеваю как следует ухватиться за очередную скобу, когда поезд делает почти незаметный поворот. Центр тяжести смещается, меня отшвыривает в сторону. Изо всех сил цепляясь за опору, начинаю соскальзывать с крыши влево, и тут кончики пальцев натыкаются на что-то твердое. На торчащую перекладину. Кряхтя, я снова подтягиваюсь к середине крыши. Поезд с грохотом несется вперед.

Сцепив зубы, я проползаю еще несколько футов до конца вагона.

Внутри все сжимается при виде проносящейся под поездом зияющей пропасти между вагонами. Шпалы мелькают с невероятной скоростью. Есть только один способ преодолеть эту пропасть – перепрыгнуть. А если я упаду, поезд превратит меня в лепешку. Пульс учащается.

Вокруг клубится пар. Я задыхаюсь, едкий привкус заполняет рот. Пар пропитывает одежду, смешиваясь с потом.

Когда он немного рассеивается, я заставляю себя пригнуться и пячусь назад. И, прежде чем успеваю усомниться в мудрости такого решения, прыгаю с разбега.

Время словно замедляется, пока я лечу по воздуху, обдаваемая порывами ветра. Я уже уверена, что совершила ужасную ошибку, но тут с грохотом приземляюсь на крышу соседнего вагона. От удара клацают челюсти. Поезд свистит, и этот пронзительный звук пробирает до костей.

Цепляюсь за поручень, двигаюсь вперед, к люку, добираюсь до него и дергаю за ручку. Люк металлический и невероятно тяжелый. Кряхтя, я приоткрываю его и заглядываю внутрь. Хвала богам, это не пассажирский вагон, а багажный. Лунный свет падает на ряды ящиков по краям.

Я разочарованно вздыхаю: лесенки нет. Придется прыгать, но вагонный пол так далеко… Открываю люк шире, свешиваю ноги, протискиваюсь внутрь, отпускаю руку и падаю. Боль простреливает лодыжку и поднимается вверх по ноге.

— Вот дерьмо, – шиплю я, заваливаясь набок. Я получила серьезный вывих.

Перекатываюсь назад и обхватываю ногу. Вот бы Рафаэль был здесь и использовал свою магию исцеления… Я почти наяву вижу, как он берет мою лодыжку в руки и поглаживает больное место кончиками пальцев. Почти ощущаю горячую пульсацию его магии на коже. Но как только я перестаю это представлять, боль снова обжигает ногу.

Сердце в груди колотится и рвется, словно дикий зверь.

Делаю долгий медленный выдох. Колчан и стрелы впиваются в спину. Я вся грязная, мокрая и вдобавок порвала штаны. Лицо жжет, оно кажется липким, а когда я вытираю лоб, кончики пальцев становятся темно-бордовыми от полузасохшей крови. Наверное, поранилась, продираясь сквозь деревья… А, еще и язык прикусила.

Колчан при мне, но по дороге я потеряла лук. Хотя несмотря на вывихнутую лодыжку, в целом все вышло удачно. Я жива и нахожусь на пути в Аллевур.