Колымага семейного счастья - Дарья Донцова Страница 5

Сзади раздался грубый мужской голос:

— Чего рот разинула? Собирай куски! Первый раз, что ли, на аварии работаешь? Целых красивых покойничков с улыбочкой на лице здесь не увидишь!

Я обернулась и в просвете между креслами увидела мужчину с ноутбуком. Незнакомый пассажир быстро заговорил:

— Простите, киношку смотрю! Звук убрал, наушники подключил, а он все равно сам включается! Извините, помешал!

— Нет-нет, – быстро ответила я, – вы меня никак не побеспокоили. А что за кино?

— Фильм-катастрофа «Самолет в небо», – ответил пассажир. – Прямо захватывает и не отпускает до самого конца.

Я схватила свой айпад. Это ж какую железобетонную нервную систему надо иметь, чтобы, сидя в лайнере, наслаждаться лентой про авиакатастрофу?

Однако, я оказалась права, слова про колбасу в кармане и поисковых собак произносили актеры.

И тут раздался новый гневный возглас:

— Не хочу, не желаю лететь с этим в одном самолете!

Голос показался мне знакомым. Мужчина не утихал:

— Требую унести труп!

В салоне повисла звенящая тишина. Через минуту заговорило радио:

— Добрый день, говорит командир корабля Павел Афанасьев. На борту все спокойно, никаких покойников нет, пассажирка просто мирно спит. Просьба соблюдать спокойствие.

Не успел динамик замолчать, как густой баритон снова затеял громко возмущаться:

— Она умерла! Я не слепой! Я видел покойников!.. Нечего мне коньяк совать, у вас не напитки, а помои!

Похоже, скандал теперь горел около туалета. Незнакомец вещал во всю мощь своих легких, поэтому его речь прекрасно слышали и мы, простые, не элитные пассажиры.

— Можете выбрать любое кресло в бизнес-салоне, – дрожащим голосом завела бортпроводница. – Занято только два места, остальные ряды свободны.

— Там мертвец! – орал мужчина. – Немедленно посади меня, дура, в эконом-класс! Сию секунду! Срочно! В моем телефоне – все контакты твоего начальства! Только рот открою – тебя увольят! С волчим билетом!

Я вздрогнула. Увольят! Знаю лишь одного человека, который произносит так слово «уволят». А еще он говорит «оскорбьят», «улетьят» и так далее. Если глагол оканчивается на «ят», то они устами мужчины произносятся через мягкий знак.

Занавеска, отделяющая простой салон от тамбура с туалетом, раздвинулась, и я поняла, что не ошиблась. Я увидела красного, потного, злого Валерия Николаевича Федорова, бывшего заведующего пиар-отделом издательства «Элефант».

— И куда мне сесть? – трагическим громким шепотом осведомился он. – Все приличные кресла заняты!

— Есть свободное место у окна, – сахарным голоском произнесла Елена, которая стояла рядом со скандалистом. – Пойдемте, пожалуйста.

Я вмиг сообразила, что сейчас произойдет, улыбнулась и через пару секунд сказала парню:

— Привет, Валера!

— А ты как сюда попала? – задал глупый вопрос Федоров.

— Села в самолет согласно купленному билету.

— Вы занимаете чужое место, – обратилась Елена к Нелли. – Прошу вас…

— От соседа там отвратительно воняет! – начала сопротивляться Корчагина. – Он носки год не менял и не мылся!

— Займите кресло, номер которого указан в вашем билете, – вежливо попросила бортпроводница.

— Это почему? – прищурилась Корчагина. – Сколько денег скандальный мужик вам в карман сунул? С чего вам меня выгонять, а его уютно устраивать?

— Предлагаю обмен, – фыркнул Валера. – Вали в бизнес, разрешаю занять мое кресло. Давай, давай, там икрой угощают.