Тайна последней ночи - Тошика Масаки Страница 42

«Равнодушна. Не станет злиться», – мысленно повторил за женщиной Гакуто. Разве такое возможно у супругов, проживших вместе всего два года?

— И каким он был в тот момент? Печальным? Раздраженным? – продолжил Мицуя.

— Да нет. Он вообще… как бы сказать… очень ровный человек. Умный, без острых углов в характере, но при этом какой-то невероятно легкомысленный. Он не любит проблем, не любит заморачиваться – лишь бы жить полегче. На работе такой же, терпеть не может ссоры, конфликты и тех, кто доставляет хлопоты. Поэтому, кстати, у него даже аккаунтов в соцсетях не было. Говорил, что они – источник лишних проблем.

Образ Момои Тацухико, который описывала Касэ, во многом совпадал с другими показаниями. Коллеги, подчиненные, друзья по студенческим годам называли его добрым, удобным, бесконфликтным, но добавляли: «избегает неприятностей», «думает только о себе», «не особо амбициозный».

— Поэтому, когда я услышала, что Момои-сан убил Коминэ и сбежал, я просто обалдела, – сказала Касэ.

И это тоже звучало знакомо. Почти все говорили одно и то же. Не верится, что он мог убить человека. И всё же принимали эту версию. Такие слова звучали почти при каждом преступлении.

— Мы не утверждаем, что господин Момои точно виновен, – мягко заметил Мицуя.

Но Касэ, похоже, приняла эту фразу за формальность.

— Коминэ ведь была лет на десять моложе его. Может, даже такой спокойный человек не выдержал.

— Вы знаете кого-нибудь, с кем господин Момои был особенно близок? – спросил Мицуя.

— Нет. – Касэ пожала плечами. – А были ли вообще такие люди? Думаю, как ни крути, семья для него была на первом месте. Он, кстати, никогда не жаловался на жену и не говорил, что хочет развестись.

Похоже, круг его общения был узким и поверхностным. Он участвовал в рабочих посиделках, но по-настоящему близких людей у него не было.

«Я ведь и сам такой», – подумал Гакуто. Первые пару лет после университета он еще встречался с друзьями, ходил на свидания вслепую, но со временем все это стало утомлять его. В выходные он предпочитал сидеть в комнате общежития, серфить по интернету, играть или смотреть видео, вместо того чтобы выходить из дома и стараться искать развлечения там.

А ведь ему всего двадцать восемь. Нормально ли это? Его охватила внезапная волна беспокойства.

Тацухико тридцать четыре, у него хотя бы есть семья. А он, Гакуто, один, и даже желания завести девушку у него толком нет. Хотелось просто спокойно жить в одиночку.

«Со мной точно все в порядке?» – мелькнуло у него в голове.

Он искоса посмотрел на Мицую. А как у этого чудака с личной жизнью? Есть ли у него друзья? Женщина? Что он делает в выходные? Представить Мицую, болтающего о пустяках и смеющегося с кем-то, Гакуто не мог.

— Ну и что думаешь? – внезапно спросил Мицуя, когда они уже шли к станции после расставания с Асукой Касэ.

— А? – растерялся Гакуто.

Мицуя ничего не уточнил. Гакуто занервничал: промолчишь – подумают, что тупишь; скажешь невпопад – решат, что дурак. «Вот поэтому я и не люблю чудаков», – проворчал он про себя и, не придумав ничего лучше, сказал первое, что пришло в голову:

— Думаю о том, где сейчас Момои.

Осознав сказанное, Гакуто понял, что совершил ужасную ошибку.

Где сейчас Момои? Да ты что? Так потому и ищем, что не знаем, где он.