Ворон против стаи - Владимир Колычев Страница 17

— Никто не возмущался, что на тротуар заехал?

— Да там не пойми что, тротуар или дорога, бордюр низенький такой… Нет, никто не возмущался.

— Видеорегистратор есть?

— Да. Только я его выключил.

— Чего?

— Так Даша попросила! — вскинулся Румянов.

И даже, гордясь собой, расправил плечи, но Макс почувствовал фальшь в его ликовании.

— Он же не только видео записывает, ну и звук, а мы там в машине не только целовались.

— Я спрошу.

— Эй, ты чего? — встрепенулся парень.

— Про регистратор спрошу.

— Выключен был регистратор, гаишники его уже смотрели, выключен был, не писал ничего. Да я и сам выключился.

— Курильщика описать можешь? Какой он: высокий, низкий, худой, толстый.

— Не худой, не толстый, среднего роста. Куртка с капюшоном.

— Какая куртка?

— Говорю же, с капюшоном.

— Фирма?

— Не знаю. Аляска вроде. Но это же не фирма, лейблов на ней точно не было. Он же задом ко мне стоял.

— Матюкнулся, говоришь? Голос запомнил?

— Голос запомнил! — кивнул Румянов и тут же скривился от боли. — Густой такой голос, хриплый, прокуренный. Он точно ко мне шел, когда я дверь открывал… Нос из-под капюшона выглянул, большой такой нос, вытянутый, вместе с губой вытянутый, и лоб вытянутый. Брови такие вверх поднятые… Ну, мне кажется… Бровей я не видел…

— Я так понял, сознание ты не потерял, видел, чувствовал, как тебя грабят. Что слышал, что говорили?

— Да что-то говорили, но я ничего не понял. В ушах гудело, как будто басы били. Только басы, слов не разобрать… Так, что-то хреново мне, голова раскалывается, позови там кого-нибудь.

Врача звать не пришлось, он появился сам. И попросил посторонних выйти. Макс ушел, но прежде успел задать пару вопросов. И даже получить ответ.

…Пятиэтажный дом на улице Пролетарской состоял из шести подъездов, а номер квартиры Тим не назвал. И какой подъезд, не помнил. Пришлось работать по приметам. Небо над городом уже светлело, фонари горели, но Максу все же понадобился фонарик, чтобы разглядеть следы столкновения с автомобилем на столбике забора. Оградку недавно красили, это очень помогло Максу. Родная краска содрана, а серебристые частицы от краски с машины прилипли. Совсем крохотные частицы, пришлось идти к своему автомобилю за лупой, чтобы их разглядеть. А сигарету в траве за оградкой Макс обнаружил невооруженным глазом. Сигарета истлела до фильтра, осталось только золотое колечко над ним, Румянов говорил, что подозрительный тип курил. Может, выронил сигарету, когда обходил машину спереди. А потерять сигарету и выругаться он мог, потому что споткнулся об ограду, поскольку машина стояла слишком близко к ней.

А обходить машину спереди преступник мог, потому что с другой стороны на Тима заходил его сообщник. Оградка сварена грубо, угол острый, краска на нем лишь слегка содрана машиной. Там, где острый угол, краска на месте, следов соприкосновения с автомобилем не видно. Но Макс заметил волокна собачьей шерсти, также лупа помогла ему разглядеть ниточку ткани. Еще бы за ультрафиолетовым фонариком сходить, вдруг там и кровь на уголке осталась. Впрочем, это могла быть и собачья кровь. Или не причастный к преступлению прохожий наткнулся, оцарапался.

Макс так увлекся разглядыванием ограды, что едва не прозевал момент нападения. Женщина в шапке с оторванным помпоном уже замахивалась на него метлой, когда он поднялся с корточек и повернулся к ней.