Арктическое зло - Джим Чайковски Страница 167

У одного из солдат закончились патроны. Отъединив пустой магазин, он поспешил вставить новый. Воспользовавшись затишьем, один из нападавших высунулся из дверной ниши и выпустил короткую очередь. Вскрикнув, Олег споткнулся, припадая на одну ногу.

Прикрывая своего помощника, Туров открыл ответный огонь, вынуждая стрелявшего нырнуть обратно в укрытие. Обхватив свободной рукой Олега за пояс, он потащил его к лестнице.

Солдату наконец удалось перезарядить свой автомат, и он открыл шквальный огонь. Этого оказалось достаточно, чтобы добраться до лестницы. Все быстро поднялись наверх. Туров провел своих спутников к алтарю. Там их встретили фрески и тускло сияющие позолоченными окладами иконы, освещенные дрожащим пламенем свечей.

Слева была входная дверь, которую нападавшие оставили открытой. С улицы в нее проникал кружащийся снег. Врывающийся в церковь сквозняк грозил загасить свечи.

Похоже, неф был пуст.

Прямо впереди в глубине были двери, ведущие в ризницу, где хранилась церковная утварь. Наверняка эта дверь запиралась изнутри. Если так, можно будет забаррикадироваться там и переждать буран.

«Если только дверь уже не заперта…»

Туров повернулся к Сычкину, который изредка проводил здесь службы.

— У вас есть ключи от ризницы?

Похлопав себя по карману, архиерей с облегчением кивнул.

— Нам нужно шевелиться, – указал на дверь в глубине церкви Туров. – Останавливаться нельзя!

Все устремились к ризнице.

Когда маленькая группа пробегала мимо входной двери, на улице заработал пулемет. Пули застучали по золоченому алтарю. Туров успел различить в снежной пелене вспышки выстрелов, озаряющие темный силуэт снегохода «Беркут», застывшего перед входом. К счастью, пулеметчик заметил беглецов слишком поздно – да и ракурс для стрельбы был не лучшим. А может быть, стрелявший хотел лишь припугнуть.

Так или иначе, все благополучно добрались до двери ризницы.

Туров толкнул дверь. Обнаружив, что она не заперта, он быстро затолкал всех в тесное помещение ризницы. Высоко в толстых кирпичных стенах были проделаны узкие окошки. Дверь была толстая, дубовая.

Олег задвинул засов. Солдаты приставили к двери стол, образуя дополнительное укрытие на тот случай, если нападавшие попытаются ворваться внутрь.

Туров повернулся к Олегу. Лицо его помощника стало бледным от мучительной боли.

— Что со связью?

— По-прежнему отсутствует. Я не прекращаю попыток. Надеюсь, рано или поздно нас услышат.

Туров развернулся к Сычкину, от которого не отходил ни на шаг Ефим.

— Черт побери, кто это такие? – спросил он, указывая на дверь.

19:15

Такер сидел на корточках за лежащей на полу койкой. Он опрокинул ее, как только началась стрельба. Элла и Марко укрылись рядом с ним. Перестрелка затихла, но в коридоре звучали голоса российских солдат в полном боевом снаряжении. За окошком в двери камеры то и дело мелькали их белые каски.

Вдруг раздался скрежет засова, и дверь распахнулась настежь. В камеру ворвался великан.

— Ну, чего ждете? Шевелитесь!

Такер поднялся на ноги.

— Ковальски?

На пороге появилась другая фигура, пониже ростом.

— Мы загнали их наверх. Не знаю, долго ли так продлится. Нельзя полагаться на то, что солнечная буря вырубила связь навечно. Всего одно слово – и нас поджарят живьем.

«Монк…»

Такер пытался понять, каким образом его товарищи оказались здесь. Он помог Элле подняться и подал сигнал Марко.