Макабр. Книга 1 - Влада Ольховская Страница 158

– Так ты сделаешь это?

– Раз компенсацию получил, сделаю. Но неохотно и осуждающе!

– Это – сколько угодно, – отмахнулась Мира.

Дроны один за другим отображались на ее компьютере. Она могла не только управлять ими, она получала данные с их камер и сканеров. Это хорошо… Мира пыталась убедить себя, что создала этих роботов исключительно для борьбы с мутировавшим существом. Но она прекрасно понимала: их можно использовать иначе…

Не важно. Они направлены против чудовища. Это – основной план.

Когда подготовка была закончена, дроны двинулись в пространство за металлическими панелями, служившими на станции стенами. Пока что устройства работали автономно, Мира задала им базовую программу. Но она знала: на то, чтобы перепрограммировать их, при необходимости уйдет несколько минут.

Чувствовалось, что Рино не готов быть простым подмастерьем, безропотно выполняющим приказы. Он никогда не скрывал эмоции, да и не собирался. Вот и теперь Мира сразу поняла: он от нее не отстанет, пока она не расскажет ему о своих планах.

От допроса ее спасло лишь возращение Гюрзы: она услышала, что остальные поспешили к двери, зазвучали голоса. Рино тоже понял, к чему все идет, он направился к группе, однако на ходу тихо предупредил:

– Это еще не конец.

Мира предпочла не отвечать. Прямо сейчас разговор не состоится, ну а потом она сумеет придумать какую-нибудь нейтральную версию основного плана. Она подозревала: настоящий план Рино не одобрит.

Гюрза, конечно же, вернулся невредимым и таким же спокойным, как обычно. Казалось, что он не увидел за блокировкой ничего особенного… пока он говорить не начал. Нет, у него не дрожал голос, и серийный убийца не срывался на слезы. Но он рассказывал кошмарные вещи, и Мира верила: это должно было повлиять даже на него.

Понятно, что в условиях Сектора Фобос да по соседству с монстрами вряд ли могли основать уютную маленькую деревню. И все же Мире было почти больно от того, что люди двинулись в какую-то совсем уж темную сторону.

Боль, впрочем, не сопровождалась шоком. Мира прекрасно помнила об эффекте разбитых окон: в квартале, где начинают бить окна, уровень преступности резко повышается. Люди видят вокруг себя разруху и не находят иных примеров для подражания, кроме маргиналов. Сила начинает ассоциироваться с преступниками и подонками. Реальность все больше пугает, от нее хочется спрятаться, а прятаться негде – кроме как в собственных иллюзиях. Способов заглушить разум остается не так много, и выбор в их пользу – это первый шаг в замкнутый круг.

По сути, нормальное сообщество в изолированной части корабля могло быть построено только благодаря сильному лидеру с четкими моральными ориентирами. Но такого человека в экипаже, состоящем по большей части из преступников, не нашлось.

– У них есть лидеры? – спросил Овуор, когда Гюрза закончил краткий отчет.

– В любом сообществе есть лидеры, – напомнил серийный убийца. – Но там даже лидеры больше на паразитов похожи. Хотя по сравнению с обывателями они просто эталон мудрости.

– Если они способны на переговоры, этим нужно пользоваться. Мы выйдем к ним открыто.

– Серьезно? – насторожился Сатурио Барретт. – Они по федеральному закону наработали себе на три смертные казни. Мы будем с ними говорить?

– Вы не будете, – возразил вице-адмирал. – Буду я. Сейчас у нас есть всего два варианта поведения: попытаться тайно миновать четвертый уровень и добраться до третьего, бросив этих людей на произвол судьбы, или вступить в открытый контакт.