Хозяйка сада черных роз - Катерина Кавалье Страница 156

— Зачем ты это делаешь… – прошептала Кьяра, голос сорвался.

Подарок на столе был страшнее взрыва.

Взрыв она могла понять. Нападение она могла отразить. А это молчаливое сожаление, это признание своей неправоты выбивало почву у нее из-под ног. Ей нужно было ненавидеть его, чтобы чувствовать себя в безопасности. И он лишал ее этого, заменяя чем-то пугающе человеческим.

Вина окончательно сдавила горло. Дамиано только что выиграл раунд, даже не присутствуя в комнате, потому что проявил благородство там, где она проявила жестокость.

— Черт бы тебя побрал, Росетти, – прошептала она в пустую комнату и кинула записку назад на стол.

Услышав шаги Нико в коридоре, Кьяра вздрогнула. Она быстро, почти в панике, положила маску и записку в ящик и захлопнула его в тот самый момент, когда дверь открылась.

— Кьяра? Какого черта окна открыты? – Нико нахмурился, стремительно пересекая комнату, чтобы закрыть рамы.

— Мне просто… нужно было продышаться, – она стояла, прижав руки к животу, стараясь, чтобы он не заметил, как ее трясет. – Здесь слишком пахло табаком.

Нико обернулся, внимательно вглядываясь в ее бледное лицо, догадываясь, что причина была не в этом, но Кьяра пожала плечами. Мало ли что в ее голове после взрыва? Захотелось ей подышать свежим воздухом или замерзнуть насмерть.

И тут вдруг до нее дошло.

Она солгала Нико, даже не задумываясь… У нее появилось что-то, принадлежащее только ей и человеку, который пять дней назад пытался ее убить. Смещение случилось само собой, без какого-либо контроля. Гнев сменился смятением, а смятение – опасным тягучим любопытством.

— Тогда пойдем, покажу кое-что. – Нико решил не говорить ей ничего и кивнул на выход из кабинета.

Даже если он что-то заподозрил, то ничего не сказал. Кьяра выдохнула и последний раз посмотрела на ящик стола, в котором теперь лежала ее маленькая тайна.

Тайна, которая станет или ее концом, или концом для Дамиано Росетти.

Глава 22

Яхта разрезала зеркальную гладь воды, направляясь к острову Сан-Джорджо-Маджоре. В тумане шпиль собора Святого Георгия возвышался над лагуной, предупреждая о близости преисподней. Дамиано стоял на корме, равнодушно подставляя лицо ветру.

Семнадцатое января началось с запаха костров и предчувствием крови. В этот день по всей Италии жгли огни в честь святого Антония, а в Венеции они казались еще более порочными в этот вечер.

За его спиной в закрытой каюте раздавался смех. Маттео, единственный, кто еще пытался развлекать их разговорами, что-то вкрадчиво шептал на ухо Бьянке, чье платье из полупрозрачной сетки, усыпанное бриллиантами, мерцало в полумраке. Изабелла сидела напротив них с легкой улыбкой, изредка вставляя что-то свое. На ней было черное платье – вопиюще откровенное, со вставками из кружева, которые едва прикрывали то, что по законам приличия должно было быть скрыто.

Дамиано поморщился. Он знал, что дресс-код Блэйвуда в этом году звучал как «Сладостное искушение». Джованни всегда любил одевать людскую похоть в дорогую обертку, но в этот раз он превзошел себя. Тема порока и греховных желаний витала в воздухе Венеции, смешиваясь с дымом костров на берегу.

Казалось бы, после взрыва в казино и официального статуса «находящегося под пристальным вниманием» у Дамиано были все причины пропустить этот вечер. Но Бьянка настояла, заявив, что Корсани однозначно будет там. Блэйвуд высылал приглашения всем донам, а вот пропустить его ежегодный маскарад означало расписаться в собственной слабости.