Запрет на браки в Чосоне. Том 3 - Чхон Чжихе Страница 12

— Уже собралась?

— Почти. Надо еще заглянуть в «Адальтан» и кое-что забрать.

Увидев капельки пота на лбу Синвона, Соран спросила:

— К чему спешишь?

— Наш отъезд перенесли.

— Что?.. На какое время?

— На рассвет завтрашнего дня.

— Но у меня еще столько дел… Я хотела повидаться со стариком Кэи, поклониться матушке с батюшкой…

— Придется успеть этой ночью. Иного случая не будет.

Все внутри оборвалось. От нахлынувшей тревоги у Соран занемели кончики пальцев – она даже узел на котомке не могла толком затянуть.

— Я скажу слуге, чтобы он отнес твои вещи. А мы выходим прямо сейчас.

Соран в растерянности схватила Синвона за руку. Неужели вот так, впопыхах, она покинет свою страну, даже не успев как следует проститься с близкими?

— Вернуть Соран во дворец?

Лицо Ли Хона вытянулось, едва он услышал слова главного советника и главного евнуха.

— С чего вдруг? Разве вы забыли, какой гнев я испытал, когда узнал о ее проступках? Как можно вернуть во дворец преступницу?

Даже если бы он простил Соран, это не отменяло того, что по закону она считалась виновной.

— Поскольку государь не может приблизиться к женщинам, рядом должен быть кто-то, кому вы доверяете, – осторожно склонив голову, сказал главный советник. – С ее помощью вы хотя бы сможете присутствовать при отборе королевской невесты без смятения. Иначе отбор сорвется, а там и до бунта недалеко.

При этих словах лицо Ли Хона помрачнело.

— Чтобы провести отбор, Соран должна быть рядом.

Он-то думал: только без нее отбор возможен. А выходит, напротив, без нее его и не провести. Какая ирония. Какой абсурд.

— Нет, – твердо сказал Ли Хон. – Если она вернется во дворец, окажется рядом со мной… я не смогу предсказать, что со мной будет. Тем более в такое время. Нельзя допустить, чтобы мое душевное равновесие было нарушено.

Он не хотел поднимать в душе новый шторм. Как сосредоточиться на выборе невесты, если Соран рядом?

Он уже отвернулся, собираясь отказать, когда главный евнух шагнул вперед:

— Государь. Прежде всего вы должны выжить.

Сказано было просто и до боли верно. Хон не нашелся что возразить. В памяти вспыхнули слова из его недавнего ночного видения: разве он сам не видит, что угасает? Он снова прикусил губу. Он поклялся, что лучше умрет, чем увидит ее вновь. Но все его существование рядом с ней превращалось в пламя свечи на ветру – дрожащее, готовое в любой момент погаснуть. Он мотнул головой, не желая признавать это, но евнух прав. Так дальше нельзя. Бессонница и кошмары сведут его с ума, он не сможет вести дела государства.

Он сжал кулак, пытаясь совладать с собой, когда в комнату стремглав вбежал один из стражей и торопливо что-то прошептал главному советнику.

— Что за суета в присутствии государя?

— Весть не терпит.

Лицо главного советника разом побледнело.

— Ч-что вы сказали? – выдохнул он, а потом пал ниц: – Государь… забудьте обо всем, что мы только что дерзнули предложить.

Что за новость заставила их так перемениться?

Хон удивленно посмотрел на него. Главный евнух, услышав ту же весть, тоже побелел как полотно, не зная, куда девать взгляд, и припал рядом.

— Государь… прошу, забудьте.

Их взгляды метались, как у загнанных зверей.

— Что стряслось? – Хон не понимал. Еще миг назад они убеждали вернуть Соран ради самого отбора. С чего вдруг такой поворот? – Говорите же!