После развода с драконом. Будешь моей в 45 - Анна Солейн Страница 38

Заглянув туда, я увидела небольшую гостиную. Довольно тесную и какую-то куцую, как будто здесь толком никто не жил. Стол у окна без скатерти и без цветов, пустые стены, разномастные кресла у камина.

Рядом с одним из кресел стояло несколько пустых бутылок из-под эля.

Над каминной полке стояла в рамке фотография: светловолосая женщина, которая держала на руках ребенка и улыбалась, а рядом — хозяин дома, на лице которого пока не было шрама. Они выглядели счастливыми — совсем как мы с Гидеоном на тех редких семейных портретах, которые приходилось рисовать. Обычно я не любила позировать, и Гидеон не настаивал.

Интересно, где мама этой девочки? Тоже в лечебнице? Надоела или состарилась?

Хозяин дома, ногой пнув валяющуюся на полу бутылку, усадил девочку в кресло.

— А мама уже вообще никогда не придет? — спросила та, поерзав. — Пап, а что значит — не придет? А “умерла” — это навсегда? А почему мама умерла? Пап!

У меня сжалось сердце. Я снова бросила взгляд на фотографию, а потом — на хозяина дома. В ярком свете камина его шрам выглядел еще уродливее, кожа по его краям сморщилась, как бывает от ожога. Выглядело его лицо так, как будто его едва не разорвало пополам чем-то раскаленным и острым. Что с ним случилось? А с его женой?

Вдруг на лестнице раздался топот.

— Ой! — воскликнул женский голос. — Сбежала! Мистер Гаррет, вы уж извините! Мэгги! Кому я говорила — не смей беспокоить отца!

Снова топот, и в дверях появилась дородная женщина в темном платье и фартуке. Она бросилась к Мэгги, но замерла, увидев нас с Линой.

— Мисс Фэй, — сказал хозяин дома.

Его лицо было непроницаемым. Подхватив девочку с кресла, он направился к няне. Я заметила, что держится он так, чтобы не дышать на нее элем.

— Заберите Мэгги и уложите ее спать, — сказал он, вручив девочку няне, а затем повернулся к девочке спиной и направился обратно к камину.

— Нет! — вскрикнула девочка и принялась выкручиваться из рук. — Нет, я не хочу! Нет! Нет! Не… Нет! Я хочу к маме! К маме хочу! А-а-а!..

Все грозило перерасти в полномасштабную истерику, если бы не вмешалась Лина.

Она неуловимым движением выскользнула из-за моей спины и приблизилась к няне, которая изо всех сил старалась удержать девочку на руках. Погладив девочку по голове, чтобы привлечь внимание, Лина прошептала что-то ей на ухо, а потом, после паузы, сказала еще что-то.

К моему удивлению, девочка спустя несколько секунд замолчала, только всхлипнула еще пару раз, как будто что-то обдумывала.

— Папа, а ты утром почитаешь мне сказку? — спросила она, заворочавшись в руках няни так, чтобы посмотреть на отца.

Мужчина, обернувшись, удивленно кивнул, и няня наконец смогла унести девочку, вполголоса отчитывая ее за “непослушание” и “неприличное поведение” так серьезно и строго, что даже мне захотелось вытянуться в струнку. Лина, глядя ей вслед, отошла к двери. На губах ее появилась, впервые за все время, улыбка. Где она научилась так обращаться с детьми?

— Признаться, — сказал мужчина, — я впервые вижу кого-то, кто может совладать с Мэгги, кроме… — он запнулся, но все-таки продолжил: — Кроме ее матери. После ее... гибели девочка стала неуправляемой. Спасибо.

Он приблизился к Лине и протянул руку, как обычно делают мужчины, чтобы поцеловать пальцы женщины.