После развода с драконом. Будешь моей в 45 - Анна Солейн Страница 37

— Ну? Что молчите?! Это вас мэр подослал? А? Отвечай!

Мужчина, секунду назад спокойный, двинулся к нам.

В этот момент я остро пожалела что уже давно утратила магию. Не могу его оттолкнуть, да хоть искру послать — вообще ничего не могу.

Возможно, дар был у Лины, но она явно была не в том состоянии, чтобы его использовать.

— Ну! — рявкнул мужчина.

Его лицо уродливо перекосилось. Рядом не было никого, кто мог бы нам с Линой помочь.

— Нам нужно место, чтобы переночевать, — выпалила я, пятясь так, чтобы Лина оказалась у меня за спиной. — Мы уже уходим.

— Не смеши меня, где это видано, чтобы таким цыпам, как ты, негде было ночевать?!

— Там же, где их мужья заводят себе молоденьких любовниц! — рявкнула я неожиданно честно. — А старых жен выбрасывают на помойку!

Мужчина замер и окинул меня цепким, несмотря на исходящий от него запах эля, взглядом. Несколько секунд мы смотрели друг на друга, а затем мужчина расхохотался — так громко, что, я боялась, он перебудит всю улицу.

— Не могу… — выдохнул он, вытирая глаза пальцами. — Молоденьких любовниц, говоришь? Ну проходите тогда. Расскажешь, как так получилось, что ты готова торговать морковкой.

Я заколебалась: заходить в дом резко расхотелось, перспектива остаться на улице морозной ночью уже не казалась такой страшной. И ладно я — а Лина? Лине уж точно из двух зол нужно выбирать меньшее.

Она робко дернула меня за рукав и прошептала:

— Леди… леди, давайте уйдем. Пожалуйста!

В кои-то веки я была с ней согласна.

Я уже думала, как аккуратно сформулировать то, что мы от такого щедрого предложения отказываемся, когда услышала тихий голосок:

— Пап, а я заснуть не могу. А почему ты кричишь?

Крутанувшись вокруг своей оси, мужчина обернулся и подхватил на руки маленькую девочку, которая была на него похожа примерно… ни капли. Светловолосая, курносая и большеглазая — должно быть, пошла в маму. На вид малышке было лет пять, косички растрепались, ночная сорочка помялась.

— Фу, ты воняешь! — тут же без обиняков заявила девочка, явно имея в виду запах эля, и увернулась от отцовского поцелуя. — Почему ты опять? Ты обещал!

Мужчина вздрогнул и отвернулся, чтобы дышать в сторону от дочки.

— А потому что ночью, когда папа отдыхает, нельзя его беспокоить, — проворчал он.

Голос его звучал спокойно и виновато, не так, как секунду назад.

Когда она снова обернулся к нам, выражение его лица тоже было совсем другим. Более... человечным. Казалось, даже уродливый шрам стал менее заметен.

— Проходите. В гостевой переночуете. Утром поговорим.

Лина вцепилась мне в руку и, когда я обернулась, отчаянно затрясла головой.

Мужчина, пожав плечами, развернулся и направился в глубь дома, оставив дверь открытой.

— Леди, леди, пойдемте отсюда! — прошептала Лина. — Леди…

У меня было всего пару секунд, чтобы принять решение.

— Идем, — крепче сжала я ее руку. — Лина, никто тебя не тронет, я обещаю.

Конечно, при других обстоятельствах я бы поспешила унести отсюда ноги, но… на каком Лина месяце? На восьмом? На девятом? Ей как минимум нужно тепло. Как максимум — еще и еда, и покой. Но для начала хотя бы тепло.

Я только надеялась, что не ошиблась, когда решила рискнуть и войти внутрь.

Я осторожно шагнула за порог и ободряюще ей улыбнулась. Хозяин дома скрылся в широком дверном проеме справа, откуда в коридор падал теплый свет камина.